Интервью И. Фадеевой с Терентием Травником

ИЗ БЕСЕД С ТЕРЕНТIЕМ ТРАВНIКОМЪ…

Сегодняшнее предисловие к статье будет довольно коротким.  А вот статья — емкой, глубокой и развернутой. Собственно, это и не статья даже, а интервью с нашим добрым знакомым Терентiем Травнiкомъ. Записано оно было И. Фадеевой еще 10 лет назад, но я прочитал его с огромным интересом. Надеюсь, и вы тоже получите такое же удовольствие. Сравнивая, анализируя, и размышляя над тем, какую эволюцию проходят наши взгляды в определенные периоды жизни. Впрочем, я заговорился.  Ухожу, ухожу…   🙂

Иулия Фадеева

 ИЗ БЕСЕД С ТЕРЕНТIЕМ ТРАВНIКОМЪ…

из бесед с Терентием Травником

Вопрос:   Я знаю, у тебя было много творческих имен, но наиболее известное – Терентiй Травнiкъ. Расскажи, пожалуйста, о его возникновении.

Ответ: Если посмотреть чуть раньше, то у меня с середины 80-х годов уже был творческий псевдоним — Игорь Травник. Добавление имени Терентий не сразу появилось. Сначала был Игорь Травник, так я подписывал свои картины с 1988 по 1990 год. В 1990 году я крестился, а вот уже имя и его написание «Терентiй» непосредственно возникли после принятия Святого Таинства, ибо 4 июля, в день моего ангела, в Церкви празднуется память священномученика Терентiя. Так, постепенно, это имя стало моим вторым творческим именем. Вот и получилось две буквы »Т», Тэтэ, как меня еще многие зовут. В нашей семье есть еще одна необычная история: когда я родился, моей маме предлагали несколько имен, например такие, как Тарас или Тимур. Оказывается, если посмотреть по Святцам, то  23 июня, в день моего рождения, день памяти свмч. Тимофея, вот и опять та же самая буква “T”, таким образом, буква »Т» стала весьма символичной для меня. А вот с 1990 года появился уже Терентiй Травнiкъ. Чуть позже я поменял буквы “и” на “i” и добавил твердый знак. В таком виде я уже его регистрировал, как официальный мой творческий псевдоним.

Вопрос: Терентий, есть ли в твоем нынешнем понимании жизни наиболее важные аспекты? Если возможно, расскажи немного об этом? 

Ответ: Всё шло достаточно последовательно, и при этом изменялось, сначала во мне была одна идеологическая платформа, позже другая, до тех пор, пока, наконец, не появилась идеология, которая »гнется», »мнется», но при этом не исчезает и  не теряется. Для меня первостепенное значение во всем имеет личностное  мировоззрение, т. е. те основы, через которые формируется взгляд на жизнь. Позже они во многом поменяются, но изначально они, безусловно, важны. Внутренняя религиозность, это та, пожалуй, самая главная позиция, без которой ничего не может получиться, не выстраивается и не формируется в единую взаимосвязанную линию. Второй аспект – это Родина, это мой дом, родители, род, корни и отношения с моими родителями и родственниками. Третья ступень – это мои  друзья. Четвертая – это  служение, служение своему внутреннему призванию, работе, профессии, таланту. И, наконец, пятая категория –  это отношения с женщиной или все то, что принято называть  личной жизнью, во всех известных ее проявлениях, включая, прежде всего, семью. Я считаю, что пока мужчина не приобретает  »религиозный стержень», не обретает понятие своего дома, своего прошлого, не наживает друзей, не приобретает возможности творить и созидать в каких-то областях, мало можно разговаривать о его семейной жизни.

Вопрос:   Что ты больше всего ценишь в людях? 

Ответ: Если говорить правильно, то в людях все ценно, но я понимаю твой вопрос: ты просишь выделить наиболее значимые для меня качества. Попробую… Пожалуй, я выделил бы для себя три основных  качества. Прежде всего, это способность ясно излагать свои  взгляды (умение выделить основное, избегать  неточности и неясности) и к тому же простая форма изложения всего. Второе – это умение прощать или хотя бы не замечать, давать возможность исправить. Третье – умение принимать другого человека таким, каким он создан, это почти второе, но немного иначе окрашенное. Но все это очень непросто.

Если человек умеет принимать другого, прощать его, ждать, давать возможность самораскрытия и при этом ясно излагает многие свои позиции, пускай незрелые, хотя ясность уже подразумевает зрелость, то соединение этих качеств, просто делает человека удивительно красивым.

Вопрос: Есть понятие «открытый» человек  и «закрытый». Что в твоем понимании они означают? 

Ответ: Открытость подразумевает развитость, способность к восприятию. Закрытость – это, прежде всего, неспособность донести свои мысли и состояния до слушателя. Если человек умный, но, при этом, не находит в себе необходимых  слов для пояснения своих состояний, то  это уже может быть закрытостью. Если человек развитый, открытый, то он для каждой ситуации или случая  пытается найти  свой подход и свою порцию времени и часто находит.

Вопрос: Считаешь ли ты, что развитие человека происходит в трудных ситуациях? Насколько трудные ситуации развивают? 

Ответ: Трудные ситуации очень развивают, может это одно из немногих, что действительно нас развивает, но только при одном условии, а именно, если они превозмогаются с ясной головой и с состоянием внутреннего позитива и добра. Неозлобление в таком случае  приводит к росту, озлобился – встанешь  на месте. Спокойные ситуации тоже развивают, но намного  меньше.

Вопрос: Как ты относишься, если тебя не принимают другие люди, скажем, плохо  к тебе  относятся?

Ответ: Человек, который негативен в своем  отношении к другому, должен попробовать объяснить, почему он негативен и его объяснения должны остаться в рамках разумности. Например, вам он говорит, что у вас  большие уши, и они ему не нравятся – это ни о чем не говорит вам. Можно не реагировать,  а вот  если он отрицательно относится, к тому, что вы, допустим, опаздываете на встречу, то  это нормально. Постарайтесь принять это к сведению и попробовать исправить это в себе, убрав тем самым тот негатив, который вызван вашим поведением.  Уши вы не можете  обрезать, да и не должны, а вот пересмотреть свой режим движения на свидание вполне возможно и нужно. Если говорить о моем отношении к негативу в отношении себя, то оно разное. Негатив присутствует в нашей жизни, потому что мы в разные минуты попадаем в различные  волны своего настроения. Из него надо выходить,  принося извинения  или объяснения, почему мы так поступили. Я стараюсь так и поступать. Надо не забывать, что мы все говорящие и слушающие.

Вопрос: Можешь ли ты сказать про себя, что ты состоялся как художник? 

Ответ:   Понятие »состоялся» не определяется количеством, хотя я написал несколько сотен картин. Если я смог выразить себя через них, то думаю, что состоялся. Но мне не нравится прошедшее время в глаголе «состоялся». Каждый раз я ощущаю свою реализацию, заканчивая ту или иную работу, за этим следует этап осмысления, а потом, вдруг, приходит ощущение неведомого, нового и, в этот момент, я чувствую себя  вновь, как будто на экзамене и все повторяется опять. Есть люди, которые всю жизнь рисуют и при этом не состоялись,  как художники, потому что они не знают, зачем они это делают. Состоялся – это когда понимаешь, что ты делаешь и продолжаешь это делать с этим пониманием. Похоже, что я это научился чувствовать.

Вопрос: Ты понимаешь, почему ты стал  рисовать или почему ты занялся музыкой?

Ответ:    Я долгое время рисовал именно стихийно, а когда через некоторое время начал анализировать свое наследие, занявшись  наукой, то стал понимать, почему я это делал. Искусство, видимо, это способ развития души, некий тренажер, спортивный зал. Творчество уже совсем иное состояние, это, я бы сказал  осознанное искусство, творчество – это  когда ты выбираешь линию или тему и занимаешься этим, понимая, что все это созидает нравственные миры, и не только твои. Пожалуй, к тридцати шести годам я подошел к вратам Творчества.

Вопрос: Есть  ли у тебя любимый художник, писатель? Назови произведения, которые на тебя повлияли? 

Ответ: Из художников я очень люблю  Исаака Левитана и Василия  Перова. Из писателей Николая Гоголя, Антона Чехова, Ивана Тургенева и публицистику  Федора Достоевского. В последнее время читаю больше поэзию, чем прозу, особенно стихи Николая  Некрасова. Из зарубежных авторов  Оскара Уайльда и Эриха Ремарка. Я еще  до сих пор  люблю детскую романтическую литературу, только я ее не читаю, а просто вспоминаю, вернее, вспоминаю те ощущения, которые возникали в моей душе от прочитанного в детстве. Как ни странно, но я помню это очень хорошо.

Вопрос: Что тебя вдохновляет на творческую работу? 

Ответ: Я выдумщик по природе и не ищу вдохновения. Эта удивительная энергия во мне с детства, я просто сажусь и делаю. Муки творчества мне не знакомы, только муки усталости от постоянной работы в нем. Этого полно.

Вопрос: Считаешь ли ты себя учителем? 

Ответ:  Нет, не считаю, пока учат только мои произведения и, прежде всего меня самого. Учитель – это тот, кто владеет всем алфавитом и еще знает  последовательность изложения букв, а я еще только понимаю  эти буквы и складываю из них слоги, фрагментами я иногда очень точно попадаю, а вот свить это в единое и донести получается далеко не всегда. Учитель же  – это тот, кто образ своих мыслей, понятий и движений, образ всей своей жизни соединил в единую доступную многим  гамму, соединив это со вселенской гармонией. Он умеет правильно учить мировой азбуке. Главное то, что он учит своей жизнью, собой. Это Учитель, но не школьный учитель, тот учит грамоте и чистописанию. Вся совокупность моих знаний находится сейчас в стадии осмысления.

Вопрос: Я знаю, что ты верующий человек. Как давно ты пришел  к Богу? 

Ответ: Если прийти к Богу и начать искать Его одно и тоже, то тогда я пришел к Нему.  Сам поиск для меня и есть уже  жить в Боге. Я не помню, когда я это начал делать, но это случилось. 

Вопрос: Было ли у тебя желание уйти в монастырь? Когда оно возникло, и какие  причины этому послужили? 

Ответ: Неоднократно. Причины были разные, но никогда не было среди них усталости и озлобления, мол, все надоело, уйду в монастырь и все. Были причины неясные, неосознанные, непонятные и в большинстве своем неправильные. Только сейчас я могу сказать, по-настоящему, я думаю о монастыре и понимаю, что это такое. Думая о нем, я не стремлюсь в него. Понимаю и чувствую сердцем монастырскую жизнь, иногда у меня такое ощущение, что я уже ощущаю монастырский двор внутри.

У каждого свой уровень монастырского понимания, но я не был готов, не было согласия между моим внутренним уровнем понимания и моими возможностями, т. е. можно в монастырь прийти и проживать – это тоже монастырский уровень, можно выполнять послушание – это тоже монастырский уровень. Главное, мне теперь кажется, состояние монастырского стремления заключается в том, что должно быть согласие между тем, что ты ищешь и пониманием, насколько это тебе, по-настоящему, нужно. Монастырь должен быть на какой-то ступени, даже малой, но осознанности, т. е. в монастыре, я опять повторяюсь, ты просфоры печешь или камень кладешь, это должно быть осознанно. Кто-то приходит в монастырь келейно  молиться Богу глубоко – это уже другой уровень осознанности; можно не уметь молиться, ничего не уметь, но если ты в монастыре наслаждаешься тишиной обители, то это уже осознанно. Но если ты ничего не понимаешь, у тебя такая »каша», ты и молиться хочешь, и камни таскать, и бегать, и беседовать, мудрым стать и грехи замаливать, и все такое идет – это не совсем монастырское бытие, эта работа над собой может быть где угодно, где ты находишься, там и работай. В монастыре должен быть звук души уже слышен, монастырь – это не совсем чистка, это уже »аккордная» братия, когда работают, и каждый звучит своей струной или сестричество, это не имеет значение, а когда ты приходишь в поисках разобраться с собой – это не монастырь. Разбираться с собой – будь самим собой внутри и уединенно разбирайся или у белого духовенства вопросы спрашивай. Возвращаясь к твоему вопросу, это состояние меня посещало, но оно никогда не было бегством из мира и никогда не было в свете понимания своего истинного призвания.

Вопрос: Чувствуешь ли ты своё  истинное призвание сейчас? 

Ответ: Профессионально, я чувствую призвание заниматься наукой, анализом, а внутреннее призвание – очень хочется раскрыться в себе настоящем, я понимаю, что сейчас много неточностей совершено, может быть, они и называются грехами, но их очень много, по крайней мере у меня, их очень много, как-то их складировать, убрать или отодвинуться от них – это отчасти было бы и призванием. И параллельно, если кто в этом нуждается, помогать людям. Любое призвание все-таки у человека – это служить. Человек призван служить. Служить Богу, служить себе и служить людям – вот три ступени. В чем мое призвание – это осознать собственную ясность и служить с полной ясностью Богу, себе и людям. Мое призвание – Служить.

Вопрос: Мог бы ты сказать, что, по-твоему, является самым главным в жизни человека, его смыслом в  жизни? 

Ответ: За всех не ответишь, у каждого смысл жизни свой, и  у меня он свой. Я думаю, что смысл жизни в служении. Человек приходит в этот мир служить, служить своему таланту, своим друзьям, своей родине, своим идеям, стараясь не нарушать законов гармонии.

Вопрос: Думаешь ли ты о будущем? 

Ответ: Чем дольше живу, тем меньше думаю о будущем. С годами устремление  в будущее уменьшается. У меня оно сократился до следующего дня. Вот-вот и войду в сплошное настоящее.

Вопрос: Что для тебя значит прошлое? Как ты к нему относишься? 

Ответ: Прошлое надо очень ценить, помнить его, не забывать и анализировать. Прошлое – это корни. Не зная и не понимая прошлое – настоящее нельзя понять. Настоящее – это миг, а прошлое и будущее, соединяясь с тобой, рождает настоящее. Будущего, как такового, нет, и не должно быть. Если прошлое я в состоянии понять, то будущее – это будущее, оно будет таким, какой ты в настоящем. 

Вопрос: Веришь ли ты в судьбу? 

Ответ:  И да, и нет. Судьба определяется из  наших дел и поступков. Я бы сказал, что судьба – это причинно-следственная динамика. То, что произошло с человеком или происходит, определяется из  его предыдущего. Прошлое вспоминайте, бережно относитесь к настоящему. Судьба – это пошаговое сплетение обстоятельств. Единственное, что удивительно в судьбе – это обстоятельство появления каждого из нас на свет, я имею ввиду необходимость этого.

Вопрос: Какое место в твоей жизни занимают друзья? 

Ответ: Мне кажется, что одним из показателей мужской состоятельности является наличие у него друзей. Если мужчина «вырастил» друга в своей жизни, то он уже очень многое сделал. Это, отчасти,  показатель его внутренней духовной силы. Дружба необходима для мужчины. Дружба – это еще одна жизнь, которую ты впускаешь в себя  параллельно своей. Если у тебя два друга, ты проживаешь три жизни, свою и их; если пять, то ты шесть жизней проживаешь. В дружбе ты впускаешь на свой  «клеточный» уровень образы и  это очень серьезная нагрузка, но с другой стороны, это то, что созидает, украшает и делает мужчину мужчиной.

Вопрос: Чем ты сейчас занимаешься? Есть ли творческие планы? 

Ответ: Творческие планы – это реализовывать все то, что не только приходит на ум, но прежде всего опускается в сердце. Минимальные творческие планы в том, чтобы  уловить тонкие вибрации дня, жизни, мгновения и как-то их воссоздать, и запечатлеть для себя и для других в своих произведениях, через слово, музыку, рисунок и т.д. А большее, так это сораскрытие себя с кем-то в новом пути.

Вопрос: Ты часто говоришь о том, что творчество отличается от искусства. В чем их различие? С какого года ты понял, что перешел от искусства к творчеству, и каким было твое становление, как художника? 

Ответ: Переход был в 2000 году, это очень чувствовалось. Для меня искусство и творчество – это две стороны одной медали, просто искусство – это состояние неосознанной личности. Искусство и творчество – это, я бы сказал два состояния видения одного момента, просто одно до, а другое  после. Люди искусства – очень неординарные люди, и у них есть базовая задача, перевести свое неосознанное, находящееся в области искусства в творчество, через работу ума опустить это в свое  сердце. Если этого не происходит, то рано или поздно происходит либо умаление в искусстве вашего таланта, либо происходит разрушение личности человека, у человека нарушается  психика. Искусство – это работа для самореализации, самопознания, а творчество – это прежде всего  ответственность. Когда человеку пришли знание, опыт и ответственность, тогда он уже использует это для творения, принося радость себе и другим. Поэтому творчество порой бывает незаметным, малым, но крайне перспективным и  приносящим большие плоды в будущем. Искусство же ярко и эпатажно. Искусство, я бы сказал, разряжает пространственную ситуацию и призывает более «оплотненных» людей к размышлениям о жизни. Творчество более фундаментально и правильно. Искусство бывает непринципиальным, бывает порочным, часто  вообще не имеет нравственной оценки, творчество имеет и должно иметь. Для того чтобы «замутить» среду ума не надо особого, а для того чтобы вырастить, нужно выращивать уже из мути, другого не дано. Дух вырывается или рождается из смущений, ошибок, т. е. опыт вырастает на ошибках, а творчество из искусства. Интеллектуальность базируется на искусстве и подразумевает любые, с точки зрения многих людей варварские методы, но оправданные, искусство должно быть обязательно свободным. Творчество не свободно, но это его не портит, просто оно регламентируется внутренним равновесием и внутренним нравственным императивом, нравственным импульсом. Засвидетельствовать себя в творчестве, это большой качественный прорыв. Например, стать величайшим врачом или физиком или математиком – это творчество, а искусство подразумевает, споры, ссоры и даже войны. Войны – это плод искусства, искушений, искусов. Никогда из-за творчества войны бы не возникли, потому что творчество, это совершенно иной качественный принципиальный взлет. Действительно, гений и злодейство – две вещи несовместимые. Гениальность – это состояние творческих миров, там не может быть злодейства, а искусство талантливо, искусство одаренно, искусство имеет какие-то вибрации, свойственные изгибам и кривотолкам душевных состояний человека. Может искусство, тем и хорошо, что оно вмещает в себя  все, оно как глина. Глина, она и есть глина, а  что из глины сделать: сосуд, скульптуру, фигуру  или просто замазать щели в доме между камнями, чтобы не дуло, это уже творческий акт. Когда глина приобретает осмысленность, то она становится произведением, когда искусство обретает осмысленность, оно становится уже не искусством, а мировоззрением, позицией, я бы сказал серьезной позицией. Святой Андрей Рублев – это человек творчества, потому что он писал иконы, но пришел к этому из мира искусства. Творчество – это позитивная линия, в творчестве очень сложно пребывать, потому что каждый новый твой шаг требует ответственности и осознанности, это очень трудно в себе развивать, поэтому многие люди, дойдя до творчества, крайне снижают свои потенциальные возможности. Творчество требует больших энергетических затрат, поэтому каждый шаг делается основательно, продуманно, без спешки. Человек в творчестве начинает собою созидать миры. Я думаю, что высшая форма творчества – это «ничегонеделание», пребывание в  состоянии благодарности, благословения, благодарения.

Вопрос: Ты в своей жизни уделяешь много внимания людям. Откуда у тебя такая любовь к ним? Знаю, что многие для тебя, почти, посторонние, порой чуждые по Духу, жизненной этике и образу мыслей люди становятся близкими? 

Ответ:  Ответить на этот вопрос, откуда у тебя любовь, очень сложно и любовь ли это, просто, может быть, это какое-то внимание, и желание сделать шаг в сторону, при этом не делать преждевременных выводов о ком-то. Откуда это, я не знаю, поэтому это для меня даже не приобретенное, а врожденное, ничего я и не делал такого, чтобы это развить в себе. Правда, иногда за это платишь тем, что попадаешь в сложные ситуации. Но я знаю, что с детства, например,  я никогда не был злопамятным, не помнил обид, мне всегда было приятно мириться первому и чем быстрее тем лучше, так было всегда. Я постоянно ощущал в себе некий высокий потенциал сердечности и добра.

Вопрос: Можно ли научиться прощению?  Как в душе простить человека?

Ответ: Мне кажется, чтобы научиться прощать других людей, надо научиться вниманию и глубокому видению, развивая это в  себе. Через развитость научишься и прощению. Просто, когда ты внимательный и начинаешь видеть глубоко, по возможности, то ты обязательно увидишь в человеке гораздо больше хорошего, нежели плохого.

Вопрос: Известно, что у тебя очень разнородный круг общения. Расскажи, как ты находишь контакт с совершенно разными людьми и, при этом, не вступаешь во внутренние противоречия с собой, плавно выстраивая линию общения одновременно со многими? 

Ответ: Контакт находится тогда, когда ты видишь в человеке согласие с твоим настроением и состоянием. Если у тебя нет этого, то контакт можно найти только на позиции общих взглядов, а это уже сложнее. Если у тебя есть знание вещей, то контакт будет. Чем шире человек в своем миропринятии, тем больше он контактен. Как я нахожу стабильность или равновесие между разными людьми? Думаю о каждом отдельно. Ведь каждый случай очень самобытен, индивидуален и их нельзя смешивать и подводить под какой-то один знаменатель. Это похоже на радугу, в ней нельзя убирать какие-нибудь цвета, уберешь, и она уже не будет радугой, а белый цвет складывается из этих цветов, и если тебе не понравился какой-то цвет, то тебе нужно его либо принять, либо ты никогда не получишь белого цвета. Так и в жизни пытаться принимать, изучать любые проявления в разных людях, если они приходят к тебе, и еще не надо отказываться от контакта, потому что любой контакт, это привнесенная свыше задача. В вашей жизни не появится контакт, который не свойственен был нашей природе, даже конфликтные  ситуации прописаны в нас. Конфликт – это рост, причем быстрый рост. Досада — это старая история болезни и будет тянуться долго, а если вдруг в сердце вашем  открылась любовь, прощение, то сразу же переведут в другой класс духовной школы.

Вопрос: Мне кажется, что ты очень притягиваешь людей. Почему это происходит? 

Ответ: Я только об этом слышал от людей, на самом деле, я никогда не думал над этим вопросом, это твое наблюдение, твое мнение. Не знаю, проще спросить у самих людей, я в затруднении, мне кажется, что каждого из нас к кому-то тянет  и я не уникален в этом плане. Этот вопрос ставит меня в тупик.

Вопрос: Если тебя спросили о том,  кем ты себя  считаешь: музыкантом, философом, писателем, поэтом, мистиком или просто хорошим человеком, то как бы ты на это ответил? 

Ответ: Считать себя  человеком, было бы самой большой наградой. Проще стать философом или музыкантом, вроде  можно быть плохим, но при этом музыкантом, и при этом тебя будут как-то уважать. Что касается всех остальных проявлений, думаю, что всем понемногу. Меня всегда интересовала третья точка, та, что вне времени и вне пространства, может быть из-за этого, я глубоко не занимался ни одной частью, чтобы потом их соединить и глубоко заняться всеми сразу. Господь не привел меня ни в живопись, ни в музыку до конца. Господь привел до конца меня в меня, дав мне навыки через творческие инструменты, я иногда считаю себя соединением многоцветия. Я просто так вижу, когда расщепляю цвет на составные цвета,  потом беру и эти цвета опять соединяю в один. Делаю ли я это качественно или красиво, профессионально или глубоко – это уже не мне судить, надеюсь, что да.

Вопрос: Планируешь ли ты издание всех своих философско-психологических работ, в том числе и  личных дневников?

Ответ: Это моя мечта. У меня, из моих законченных дневников, нет секретов, просто уровень публикаций, и уровень распространения, разный. Есть вещи, которые могут распространяться в одном месте, есть, что в других, есть сразу во всех местах, а есть только в близкие руки и друзьям. Все, что я написал – это уже не тайна, все, что написано и создано. Я не люблю тайны, они делают человека, незаслуженно возвышенным. Труды должны пройти апробацию в социуме, среди людей, они сделаны для себя и для людей, или для людей и для себя, т. е. утверждение со  знаком равенства между и перекоса здесь не должно быть. 

Вопрос: Есть ли в  твоей  жизни учителя?

Ответ: Много. Сейчас Ошо.

Вопрос: Чувствуешь ли ты свой внутренний образ, с которым ты себя отождествляешь? 

Ответ: Я – странник, пилигрим в жизни. С кем бы я не был в этой жизни, я «иду внутри себя», поэтому мне очень сложно остановиться в каком-то месте и зафиксировать свое пребывание. Я могу быть долгое время рядом, но это не значит, что я рядом, я всегда еще  где-то в иных путях, дорогах, мирах, т. е. мой образ – это  «странник по собственным мирам» с детства. Я не привязываюсь к конкретной ситуации полностью, но я очень привязываюсь к местам,  к людям.

Вопрос: Каков твой девиз на сегодняшний день? 

Ответ: Думаю, что самый подходящий девиз: «Не вредить своей жизнью другим». Лучше ничего не делать, прожить в тишине, в безвестности, чем навредить.

Вопрос: В твоих работах много печали, у тебя есть самая большая твоя  печаль? 

Ответ: Да. Это когда ты сталкиваешься с тем, что ты переживаешь и чувствуешь, и не можешь это донести до того, кто рядом, не из-за того, что у тебя нет слов, а из-за того, что у тебя нет нужных слов, а у него нет нужных ушей в данный момент, и эта пропасть очень печальна. Наверное, получается, что самая большая радость – это когда тебя слышат. Еще можно назвать печалью состояние, когда ты теряешь понимание себя и чувствование себя. Вот это и есть настоящая печаль. Такое бывает в жизни порой. Это, как потеря органов чувств, но души. Это великая печаль.

 Вопрос: Есть ли у тебя мечта? Если есть, пожалуйста, скажи  о ней, хотя бы немного.

Ответ: Я не ставил себе задач, которые невозможно было бы осуществить. Мечта – это задача, которая практически не осуществима. Люди мечтают, но они отодвигают осуществление желаний на дальний горизонт, мне кажется, что лучше мечтать об осуществимых задачах. Творческие планы, которые осуществляю можно, вполне, назвать моей мечтой.

Сознаюсь, у меня все же есть условная  внутренняя мечта – это создать школу для детей, а именно интернат, с насыщенным моментом внимания к покинутым детям. Я очень люблю детей и стариков.

Вопрос: Насколько важно для тебя уединение? Есть ли отличие состояния  уединения от одиночества?

Ответ: Одиночество – состояние внутреннее, это когда приходит испытание духовной оставленности, одиночество – отсутствие внутреннего богатства, т. е. когда человеку одиноко, то он не насыщен изнутри. Одиночество – отсутствие некоей внутренней восполненности, это состояние размолвки с самим собой.

Если суммировать и обобщить ответ, то одиночество – состояние внутренней проблемы, неразрешенности, оно внутри нас. Когда мы становимся внутренне богатыми, сразу появляются люди. Когда мы становимся внутренне усталыми и бедными, люди уходят.

Уединение порой происходит от внутреннего богатства, человек уединяется для того чтобы «отшлифовывать» наработки, которые он создавал или искал в своей жизни. Это нормальное состояние человека, который попадает в режим развития.

Вопрос: И все-таки, я вижу, уединение для тебя очень созидательно? 

Ответ: Да, это так, ведь я  публичный человек и всегда много общаюсь, поэтому уединение для меня – это удивительная роса духовного сада. Любое мое творческое дело нуждается в уединении. Я уединяюсь  для того чтобы думать, слышать, видеть, рисовать, музицировать, сочинять. Рождение продукта изнутри «творческие роды» – это происходит в уединении.

Уединение – слияние с жизнью, со всем миром, нахождение себя с самим собой; ты уединяешься, зная куда, зачем, для чего и с чем; а одиночество – состояние потерянности, усталости. Ты уединяешься, чтобы осуществить что-то, поэтому оно благотворно для тебя.

Вопрос: Как ты относишься к путешествиям? В какое место, город или страну хотел бы ты поехать?

Ответ: Я очень много путешествую и путешествовал. Но на данный момент мне нравится не место, куда бы я хотел поехать, а состояние путешествия или  путешественника. Просто сама дорога…

Вопрос: В какое время тебя чаще всего посещает творческое настроение или творчество – это постоянное проявление себя, не зависящее от настроения? 

Ответ: Если бы я знал в какое  время меня посещает творческое  настроение –  я бросал бы работу и гостей и бежал в уединение ждать, когда оно придет. Творческое время, наверное, не существует, оно настигает тогда, когда просто человек готов. «Когда ученик готов – учитель приходит» – старая поговорка, имеется ввиду, когда внутреннее состояние готово, внешнее срабатывает. Это относится и к творческому настроению. Творчество является в полной мере учителем для ученика. Когда я чувствую, что из меня пошла музыка – у меня появляется инструмент; когда я чувствую, что приходит время писать картину – у меня появляются краски. Вдохновение – некое состояние улучшенности для происходящего момента. 

Вопрос: Насколько много времени ты уделяешь творчеству? 

Ответ: Я думаю, что все свое  время. Я живу и дышу творчеством. Творчество – это моя жизнь. Оно идет во мне постоянной волной, потому что жизнь – вечна, у Бога все живы, а,  значит,  у творчества не бывает начала и конца. Когда ты не творишь – ты зреешь, когда ты творишь – ты делаешь плод, когда плод съеден, он падает в землю и семечки с этого плода произрастают снова и снова, так до бесконечности.  

Вопрос: Были ли у тебя взлеты, когда за короткое время ты писал картину? Были ли качественные прорывы? 

Ответ: В моей творческой деятельности довольно часто бывали прорывы. Например, работа «Театр мистики» написана за полтора месяца, хотя могло уйти на написание полгода. Бывали картины, которые писались за одну ночь. В процессе работы появлялись новые темы, мне помогало то, что параллельно я музицировал, живопись питала музыку планомерно и очень основательно. Прорывы были тогда, когда я находил новый цвет, новую манеру. Серьезный прорыв в живописи произошел в 1989 году, когда  появилась новая манера в живописи, это такие работы, как «Реквием», «Пора покаянная», тогда у меня появился новый взгляд на манеру письма, новое видение, новые идеи.

Вопрос: Рождали ли твои сны образы твоих картин? 

Ответ: Почти у всех художников это развито. Самым ярким примером в моей живописи  является работа «Улитки и Звезда». Я ночью увидел этот сон и через два дня я написал картину. Я написал картину «Несчастный», эта работа тоже связана с одним из моих снов. Но большинство моих картин  –  «рождались» не из снов и грез, а из попытки осознать. Я не художник сновидений, мои сны не продуктивны для картин, я их создаю из яви, чтобы явь была похожа на сны. 

Вопрос: Живопись и фотография. Как они соотносятся? 

Ответ: Фотография и живопись – две родных сестры. Методика и подходы – совершенно одинаковые, разница только в том, что живопись по энергетике, вероятно за счет долгого процесса, более насыщенна, мощна, а фотография более поверхностна, быстрее идет достижение результата, но большое количество фотографий, превращенных в выставку, имеет очень хорошее  воздействие.

Вопрос: Как ты восстанавливаешь свои силы, когда ты сильно устаешь? 

Ответ:  Раньше я восстанавливался через пассивный отдых, сейчас восстанавливаюсь путем  погружения себя в важные воспоминания, связанные с детством или жизнью и внутренне переживаю эти состояния. Я могу поехать по местам детства и, прогулявшись там, восстанавливаюсь. Нормальное восстановление для меня  – это  гимнастика, активная физическая нагрузка и отдых.

Вопрос: Как много времени ты отдаешь восстановлению  своих физических сил? 

 Ответ: Почти все время, не связанное с творчеством, я отдаю восстановлению физических и моральных внутренних сил. Я  либо тружусь, либо восстанавливаюсь.

Вопрос: Как ты относишься к болезням? 

Ответ: Болезнь структурирует, за короткий срок ты нарабатываешь столько знаний сколько не смог бы наработать в позитиве. Я анализировал и пришел к выводу, что «в минусе» активизируешься больше. Лучшее, что я создал, было создано в драме. Драма уходит в глубины мистических тайн, информация приходит из сакральных переживаний сердца, а позитив – это время сбора урожая, когда ты оформляешь свои наработки и у тебя много сил. Если в драме ты сочиняешь стихи, то в позитиве ты издаешь книгу. Все человеческое творчество весьма   драматично.

Вопрос:  Что тебя привлекает в природе? Как ты относишься к природным стихиям? 

Ответ: Мне нравятся все стихии. Свежий воздух, чистая вода, теплый огонь и красивые земные пейзажи. Вода самая информационная для меня, может смывать отрицательное, насыщать, лечить, я очень  дружу с ней.

Вопрос: Какие качества тебя больше всего привлекают в мужчине и женщине? 

Ответ: В мужчине меня привлекает «рыцарский кодекс», т. е. рыцарские качества мужчины — великодушие, терпение, снисхождение, ухаживание, взаимовыручка, способность прощать, признаться в собственной неправоте, неточностях, собственной глупости, умение склонить колено, красиво ухаживать, быть незлобивым сердцем. Мне нравится романтичность мужского сердца, если при этом есть еще внутренняя стойкость и физическая сила, то это замечательно. Сильно завораживает область мужского великодушия. Великодушие – это умение быть сильным, не показывая собственной силы, делать серьезные дела, не выводя себя в рамки значимости, всегда быть рядом, но давать человеку право самоопределения, свободы, возможность роста и выбора.

В женщине мне нравится, прежде всего, женственность – умение служить, быть удобной, полезной, нужной  для мужчины и окружающих. Меня привлекает мягкость, покладистость, некая ее скромность,  умение слушать, промолчать, дать слово. Если женщина уходит в молчаливость, то она становится очень красивой. Умение ухаживать за мужчиной, следовать его путями, не подводить его, заботиться о нем, почти как о своем ребенке, создавать мужчине возможность развития, находясь рядом, путем своего женственного поведения – ласками, словами, движениями и всем тем, что Бог дал ей. Даже тембр голоса, частота словопроизношения, акценты, реплики, движения рук, пластика – все это идет в комплекс моего понимания женственности. Если еще и есть какая-либо харизма у мужчины или у женщины, то это замечательно, а если нет, то перечисленных качеств более чем  достаточно, чтобы быть в состоянии благоговения перед ними.

Вопрос: Как часто ты находишься в созерцательных состояниях?

 Ответ: Я стараюсь видеть все происходящее на уровне своего глубинного зрения, оно может быть ошибочно, но экспериментально я слежу за происходящим именно из глубин созерцательных.. Созерцание – умение ждать что-то неконкретное, неведомое, далекое, теплое, глубинное, сердечное, его можно назвать духовным ожиданием.

Вопрос: Что значит для тебя созидание?

Ответ: Созидание – это строительство, выстраивание себя внутреннего, своих открытий, находок, чаяний, которые ты выращивал либо в слове, либо в деле, либо одновременно,  либо в переживаниях своих.  Единственное, что отличает созидание от строительства: строительство – утилитарная форма, а созидание – форма, базирующаяся на духовном внутреннем свечении, понимании. Можно строить дом, но созидать дом – другое состояние для меня. Строить дом, значит, строить крышу, окна, двери, делать расчеты; созидать дом, значит, задать вопрос «для чего этот дом нужен, кто будет в нем жить и как он впишется в историю, среду, пространство». Созидание более возвышенное состояние. Искусство близко к строительству, творчество близко к созиданию. Человек должен быть и строителем и созидателем, с одной стороны мы строим свою жизнь, получая новые приглашения, устраиваясь на работу, с другой стороны, мы созидаем, а это уже стратегия нашей жизни.

Вопрос: Что для тебя является плодом творческого процесса? 

Ответ:  Результат –  это то, что можно показать, оценить. Процесс приводит к результату. Плод нельзя показать и потрогать, плод шире и глубже, плод – ячейка внутренняя, душевная, духовная, которая наполняется внутри, в сердце твоем, после того как ты совершил творческий акт. Если ты  имеешь в себе ощущение накопленного опыта и одновременно детской наивности, плод начинает действовать в тебе. Плод – внутреннее чутье, опыт; творческий плод не принадлежит человеку, он принадлежит Богу. Господь берет это зерно, сажает, и этот плод должен прорасти. Иногда плод искусства живописного переходит в плод творческий… Плод – внутреннее соединение процесса и результата; внутреннее отождествление себя с простотой и опытом одновременно.

Вопрос: В общении с человеком, на что ты чаще всего нацелен? 

Ответ: Я общаюсь много и ярко и поэтому нацелен на глубину, раскрытие, стараюсь отслеживать, как человек мыслит, чувствует, как оценивает ситуацию, по возможности – его взгляды; все это определяет дальнейшую стратегию наших отношений. Часто сердце подсказывает, что существует энергетическая волна. 

Вопрос: Как ты относишься к критике? 

Ответ: Я отслеживаю и принимаю критику. Критика – возможность вести диалог, значит, то, что ты делаешь, вызывает участие. У меня очень высокий уровень самокритики, поэтому, когда я сталкиваюсь с критикой, я прислушиваюсь, стараюсь принять замечания во внимание.

Вопрос: Есть ли у тебя творческие законы, которые ты непременно выполняешь?  

Ответ: Принцип порядка вещей, принцип того, что дом надо строить с фундамента, а не с крыши, принцип гармонии и мира в душе, прежде чем что-либо выполнять, надо сбалансировать себя в душе. Надо учиться гармонии, учиться всю жизнь. Еще мой закон – это  доводить начатое до разумного конца, максимально делать хорошо и самоотверженно.

 Спасибо, Терентiй…

                                                                    Беседу вела Иулия Фадеева, июнь 2004 г

Оставьте ниже свой первый комментарий на сайте и получите подарок!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *